Чехова, 16 - Кир Фадеев

Таким образом, у Сени остался всего один вариант – кривая узкая улочка, петлявшая между частными домами вверх по склону.

Пожав плечами и подставив разыгравшемуся весеннему солнцу бледное лицо, Сеня зашагал вперед. Он с интересом рассматривал окружающие постройки и заглядывал в пустые окна. В большинстве домов жили люди, но некоторые участки явно использовались только летом и сейчас были заколочены.

Приметив один такой домишко в качестве своего нового укрытия, Сеня свернул за угол и почти сразу наткнулся на стоящий под деревом милицейский УАЗ-ик. Фары машины горели ближним светом, а двигатель работал на холостом ходу.

Внезапно дверь крайнего дома открылась и оттуда вышли два милиционера.

– …в любом случае, – сказал один из мужчин в форме, – если вы его увидите, позвоните нам…

– Конечно, – хрипло ответил моложавый дедуля в потертом свитере. – Всего доброго.

– До свидания.

Сеня оцепенел от страха. Эти двое явно ищут именно его. Значит, администрация детдома все-таки передала данные и фото в полицию, и теперь те патрулируют ближайшие районы. Вот зараза…

«Не стой, как дуб! Кусты, справа!»

Возникший в голове голос заставил Сеню подпрыгнуть от неожиданности. Сам не зная почему, он быстро поднырнул в указанную сторону и закатился под длинные ветви, свисавшие с забора. Сердце отчаянно застучало в груди.

Менты неспешно шли к машине, о чем-то переговариваясь. Тот, что был ближе к Сене, убрал документы в кожаную папку и громко простонал:

– Как же я задолбался! Жрать охота, не могу прям!

Второй поморщился и посмотрел на часы:

– Я тоже за пожрать. Время к обеду… Сколько у нас там еще домов?

– До конца квартала, – первый махнул рукой. – Давай, короче, вот этот один дом и валим в кафе? Майору скажем, что всех обошли.

Второй улыбнулся, одобрительно кивнул. И милиционеры направились точно в сторону кустов, где прятался Сеня.

– Черт, – шепнул он голосу. – Они идут прямо сюда…

«Без паники, – уверенно ответил Виджей. – Я тебя прикрою. Подожми ноги… быстрее!»

Сеня пискнул и сжался в комок, чувствуя, как планки забора впиваются ему в спину.

В лицо пахнул теплый воздух. Пространство под кустами сгустилось, тени стали насыщеннее и темнее. Они накладывались друг на друга, сплетаясь в какой-то узор и образуя что-то похожее на покрывало.

От удивления Сеня забыл, что надо дышать. С вытаращенными глазами он наблюдал, как люди в форме подошли вплотную к забору и стали осматривать территорию, окликая хозяев.

«Не двигайся…» – шепотом прозвучал голос Виджея. Сеня мысленно кивнул.

Несколько секунд спустя на участке появилась женщина в накинутом на плечи тулупе. Переговорив с блюстителями порядка о цели визита, она распахнула калитку и впустила их в дом.

Едва дверь за ними закрылась, как узор из теней распался, и Сеня неуклюже выкатился из-под кустов.

«Ну что, доволен?» – с легким напряжением спросил Виджей. Было заметно, что этот трюк стоил ему некоторых усилий.

– Да, – выдохнул Сеня, отряхивая штаны, – доволен, спасибо. Как ты это сделал?

«Ну, я ведь говорящий дом, – усмехнулся Джей, – почему бы не позволить себе немного магии?»

– Действительно, – согласился Сеня, спеша поскорее скрыться за углом.

Они помолчали. Сеня торопливо спускался вниз по улице, пытаясь найти нужный перекресток.

– А знаешь, – решил он, продолжая оглядываться, – если твое предложение еще в силе, то я, пожалуй, согласен пожить у тебя… какое-то время.

«Отлично! – ответил Виджей. – Рад, что ты передумал. Не пропусти поворот, сейчас налево и дальше прямо…».

Глава 7

На осмотр дома и его внутренностей ушел весь остаток дня.

Сеня обогнул постройку по периметру, изучая стены и планировку. Как оказалось, заброшенный дом крайне необычен буквально во всем: начиная от каменной кладки и заканчивая, разумеется, тем, что он говорит со своим постояльцем.

Кирпичи, из которых были сложены стены, при детальном осмотре разнились по длине и толщине, имели скругленную форму и терракотовый, красноватый оттенок. Это означало, что камни для строительства изготавливали вручную и не обжигали в печи, а, скорее всего, сушили на солнце. Раствор кладки также явно был не цементным и по цвету сходился с кирпичами. Надо признать, что прочность получившихся перекрытий казалась в несколько раз выше, чем у обыкновенного каменного сооружения со схожей планировкой. Кроме того, глиняные кирпичи выглядели намного более устойчивыми к агрессии окружающей среды и почти не подпортились ветром и дождем.

Правда, в одной из стен Сеня нашел отметины давнишнего ремонта: кто-то неумело, но вполне добросовестно заложил обычными заводскими кирпичами здоровенную дыру, ведущую прямо во внутренний двор.

Крайне нестандартной была и архитектурная организация. Помимо самого двухэтажного дома, имелось еще два флигеля, по форме напоминавших скругленные башенки. Внешние стены обнимали основное здание и его пристройки, образуя почти правильный прямоугольник.

Сеня невольно подумал, что стой этот домишко где-нибудь в поле или в лесу, многие бы сочли его настоящей маленькой крепостью – настолько надежно и неприступно он выглядел. Но сейчас дом и флигели со всех сторон были прижаты полуразвалившимися дачными хибарами, а это сразу портило о нем впечатление.

Убедившись, что внешне постройки можно признать целыми и вполне заслуживающими доверия, Сеня приступил к изучению внутреннего убранства.

Основная часть дома состояла из гостиной на первом этаже и комнаты на втором. Соединяла помещения широкая и довольно крутая лестница, одним боком вмонтированная в стену.

Комната на верхнем ярусе имела полное право называться кабинетом. Здесь были два больших окна, выходящих на улицу и внутренний двор соответственно, массивный стол с выдвижными ящиками, мягкое рабочее кресло советского образца и узкая оттоманка в углу с порезанной не нескольких местах обивкой.

А еще в кабинете был камин – не слишком большой и не очень красивый, обитый почерневшим от сажи и времени металлом. Печная труба толстой каменной кишкой уходила вверх, на крышу. Почему строители решили сделать очаг именно на втором этаже, тем самым оставив первый без обогрева, Сеня так и не понял. Но и задавать свои вопросы новому невидимому другу пока не спешил.

Он прошелся вдоль книжных полок, которыми были заставлены стены. Многие корешки потемнели от времени и въевшейся грязи, но часть книг все же поддавалась опознанию. В основном ими оказались старые постсоветские романы о шпионах, кгбэшниках и бравых военных, борцов за справедливость.

Надышавшись пылью, Сеня закашлялся и поспешил на воздух. Из гостиной во внутренний двор вела отдельная дверь. Петли ее давно проржавели и, чтобы выйти наружу, потребовалось приложить некоторое усилие.

Сразу за порогом начиналась короткая, в пять ступеней, лестница, выходящая на узкую крытую веранду. Та тянулась вдоль стены и упиралась в еще одну лестницу, ведущую в первый флигель. Сеня поднялся по ней и оказался на крошечной советской кухоньке, невесть как умещенной внутри пристроя.

Судя по количеству пыли и облупившимся навесным шкафам, едой тут не пахло очень давно.

Сеня вдруг осознал, насколько он голоден. В животе предательски заурчало.

– Виджей, – позвал он, – понимаю, что глупо спрашивать, но… Здесь есть какая-нибудь еда?

«Там посмотри…»

Нижняя дверца буфета открылась сама собой. Сеня невольно напрягся. Он никак не мог привыкнуть к странностям этого жилища.

В шкафчике все заросло плотным слоем пыльной паутины. Кроме того, на кухне было довольно темно: свет, падающий из маленького запыленного окошка в стене, оказался слишком тусклым. Поморщившись, Сеня раздвинул паучьи занавеси и просунул туда руку. Ладонь почти сразу уперлась во что-то, изогнутое и металлическое.

Сеня вытащил предмет с полки и поставил его на стол.

«Поздравляю, – воскликнул Джей. – Ты нашел примус!»

Горелка была очень старой, изготовленной из меди, и больше всего походила на музейный экспонат. К удивлению Сени, в колбе все еще перетекало почерневшее масло. Оттерев ее от копоти и грязи, Сеня вновь запустил руку в шкафчик.

Вдалеке, у самой стены пальцы нащупали округлые жестяные банки каких-то консервов. Покряхтев и обмотавшись паутиной, Сене удалось вытащить их наружу. Большинство жестянок покрылось слоем плесени и ржавчины,